Решения морального плана зависят от языка, на котором вы мыслите

Решения зависят от языка

Смогли бы вы принести в жертву одного человека, чтобы спасти пятерых? Такой трудный выбор может зависеть от того, говорите ли вы на языке иностранном или же на своем родном. Недавнее исследование психологов Чикагского университета и Университета Пампеу Фабра в Барселоне показывает, что люди, говорящие в данный момент на иностранном языке, избирают относительно прагматичный подход к дилеммам морального характера, принимая решения на основании оценки того, что лучше для общего блага. Такая тенденция просматривается, даже если прагматичный выбор приводит к тяжелому в эмоциональном плане результату, например, принесению в жертву одной жизни, чтобы другие могли спастись.

 «Это открытие имеет важные последствия для нашего глобализующегося мира, ведь многим людям приходится принимать моральные решения как на родном, так и на иностранном языке», — объясняет Боаз Кейсар, профессор психологии Университета Чикаго. — «К действительности это можно применить на примере иммигранта в США, выполняющего роль присяжного заседателя в суде. Он может подходить к принятию решения по-другому, нежели носитель английского как родного». Главный автор Алберт Коста (психолог из Университета Пампеу Фабра) добавляет, что «с помощью данного открытия можно чаще предугадывать или легче понимать намерения, высказываемые, например, ООН или ЕС, крупными международными корпорациями или инвестиционными компаниями». 

Исследователи предполагают, что иностранные языки обусловливают сниженную эмоциональную реакцию. Они становятся причиной психологической дистанции, не дающей эмоциям овладеть человеком при принятии моральных решений. Прежние исследования обеих групп независимо друг от друга показали похожий результат при рассмотрении принятия решений экономического характера. 

В рамках последнего исследования два эксперимента, основанные на широко известной «проблеме вагонетки», проверили гипотезу о том, что в условиях необходимости говорить на иностранном языке люди чаще реагируют на проблему с прагматической точки зрения, то есть менее эмоционально. 

В первом эксперименте участникам достался вариант теории вагонетки под названием «Толстый человек». Испытуемых просили представить, что они стоят на мосту, под которым проходит железная дорога. Они замечают, что идет поезд, а на пути у него пять человек. Единственный способ остановить его — столкнуть с моста толстого человека, чтобы он упал прямо перед поездом. Это убьет его, но спасет пятерых. Другими словами, участников опыта поставили перед выбором совершить действие, принеся в жертву одного человека, то есть нарушить моральный принцип «не убей» или же бездействовать, позволив умереть пяти человекам.

Ученые собрали данные людей из США, Испании, Кореи, Франции, Израиля. Среди представителей всех стран прагматичный выбор — спасти пятерых ценой жизни одного — был зафиксирован среди большего числа участников, когда проблема была представлена на иностранном языке по сравнению с ее описанием на языке их детства.

Даже когда языковые группы испытуемых избирались наугад, «люди, говорящие на иностранном, в два раза чаще следовали прагматичному подходу, более согласующемуся с принципом всеобщего блага по спасению большего числа людей», — подтвердил Алберт Коста (член Исследовательского центра высшей нервной деятельности Университета).

Во втором эксперименте была представлена чуть менее острая версия проблемы вагонетки. В данном варианте вагонетка направляется на пять человек, но ее направление можно переключить на другой путь, и тогда она умертвит только одного человека. Как отметили исследователи, люди более охотно могли пожертвовать одним человеком, лишь потянув за рычаг переключателя, чем столкнув человека с моста, потому что в эмоциональном плане это действие менее трудное. На этот раз оказалось неважно, на каком языке была описана проблема, это не влияло на решение участников. Абсолютное большинство людей выбрало прагматичный вариант при менее тяжелом в эмоциональном плане сценарии.

Ученые оценили данные 725 участников, среди которых было 397 носителей испанского, говорящих на английском в качестве иностранного, и 328 носителей английского, говорящих на испанском как иностранном. Каждый испытуемый подвергся двум опытам с разными проблемами либо на родном языке, либо на иностранном. При менее тяжелой в эмоциональном смысле ситуации более 80 процентов участников предпочли бы повернуть вагонетку, причем этот процент оставался высоким вне зависимости от языка описания. Однако при представлении более трудного варианта развития событий именно в случае принятия решения на иностранном языке значительно большее число людей было способно пожертвовать одним человеком ради спасения пятерых.

Боаз Кейсар отмечает, что решения могут быть иными, если принимать их на другом языке: «Люди меньше страшатся потерь, легче идут на риск и гораздо менее эмоциональны при обдумывании на иностранном языке».

Психолог из Чикагского университета Саюри Хаякава утверждает, что ключевой момент в том, как мы учим язык: «Вы усваиваете родной язык в детстве, он — часть вашей семьи и культуры. А иностранный язык вы наверняка изучаете в обстановке, не столь богатой на эмоции, например, в учебном кабинете, к тому же прилагаете к этому дополнительные усилия. Эмоциональная составляющая языка зачастую теряется при переводе на испанский или любой другой язык».

Вы вполне можете сами провести подобный эксперимент с собой. Все, что нужно — думать на иностранном языке, услуги синхронного перевода на который вы оказываете, и таким образом проверить, будете ли вы при этом делать более осознанный выбор.